Главная Поиск Обратная связь Карта сайта Версия для печати
Доска объявлений Инфопресс
Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Поиск по сайту

Комитет по внешним связям Санкт-Петербурга



Об экологической стратегии Северо-Востока Эстонии много говорят, но мало делают

Об экологической стратегии Северо-Востока Эстонии много говорят, но мало делают

Точка зрения

Владельцы и администрация сланцехимических и энергетических производств никогда не упускают возможность подчеркнуть, какими миллионными выплатами поддерживают эти производства бюджет Эстонии. Да, это даже не десятки, а сотни миллионов евро отчислений от реализации сланцевой продукции - электроэнергии, масла и немалого числа попутных продуктов термохимической переработки сланца с Эстонского месторождения.

Прогнозы для эстонской сланцевой продукции и перспективы ее конкурентоспособности, исходя из ситуации на европейских рынках углеводородных видов топлива, - все это сегодня остается подобием карточной игры. Сюда добавляются торгово-политические выпады на европейском континенте и в мире. В итоге можно и нужно приветствовать эстонскую стратегию собственного независимого энергообеспечения. Угрозы для этой стратегии надо искать в большей степени не вне, а внутри самой Эстонии - на разрабатываемом уже более ста лет месторождении горючих сланцев.
Суть проблемы озвучена много ранее, но сформулирована, как представляется, несколько завуалированно: создание условий и обеспечение гарантий производства экологически безопасных горных работ на горных отводах Эстонского месторождения горючих сланцев и их химико-термической переработки на потребляющих сланец заводах и электростанциях (см. Экологическая стратегия по комплексу сланцевых производств на Эстонском месторождении Северо-Востока Эстонии на период до 2030 г., Рийгикогу, 14.02.2007). Особо замечено, что «стратегия внедряется на основании экологической программы действий».
Проще говоря, добывая и перерабатывая собственные энергоресурсы, нужно действительно всерьез думать о том, какую среду мы оставим будущим поколениям, и подходить к этой проблеме максимально комплексно.

Запаздывающее восстановление, несбалансированность, несистемный мониторинг
Впервые попытка построить оптимальную многофакторную модель структуры, объемов, геологических и качественных характеристик сланцевой залежи Эстонского месторождения была предпринята еще в 80-е годы прошлого века (Рейнсалу Э., Кальювеэ Э., Фрайман Я. «Экономико-математические модели прогнозирования развития добычи горючих сланцев», «Наука», 1983).
Используя современные технологии построения многофакторной модели горнопромышленного цикла, сегодня можно было бы исследовать любые условия выбора оптимального варианта добычи и промышленного использования «коричневого золота». Так можно оценить влияние любых измеряемых производственных и ограничительных факторов и выйти на перспективную программу добычи и промышленного использования Эстонского месторождения.
Скажу только о нескольких давно назревших эколого-экономических угрозах, не избавившись от которых, такой цели можно не достичь.
1. Восстановление разрушенной природной среды (недра, горный массив и природный гидрорежим, водоносные горизонты под землей, рельеф земной поверхности и ее плодородный слой) выполняется с отступлениями или вовсе не выполняется. Чтобы оценить реальные объемы вредных химико-биологических и различных физических воздействий, требуется анализ за период с 1916 до 2018 года, то есть с ввода в эксплуатацию на месторождении первой шахты в районе Кохтла-Ярве. По самым предварительным оценкам, площадь отработанных горных отводов шахт и карьеров, по которым потребуется провести не только исследования состояния недр и поверхности, но затем и картографическое районирование по физическому состоянию земель, недр и водоносных горизонтов, может к 2030 году (вероятному сроку доработки ныне действующих пяти горных отводов) составить треть территории Ида-Вирумаа, или до 1 тысячи кв. км!
2. За три прошедших десятилетия так и не достигли сбалансированности уровни технической базы и технологического потенциала добывающих и потребляющих горючий сланец производств.
Первая отрасль - добывающая - весь комплекс своего совершенствования, в части и шахтного, и карьерного способов добычи, продолжает базировать на технике и технологиях разработки угольных пластов 70-х годов прошлого века. Сланцевые шахты - камерная технология на буровзрывной валовой выемке многослойного сланцевого пласта. На поверхность выдается не сланец, а горная масса, содержащая до 30% известняковой породы. В отработанном пространстве остается до 40% потерь. Угольные шахты Европы (Польша, Германия) успели трижды обновить базовые технику и технологию своих угольных шахт и карьеров на пологозалегающих угольных пластах. На сланцевых карьерах Эстонии основной процесс добычи - вскрытие сланцевого пласта до глубины 30-35 м - проводят мощными шагающими экскаваторами, пребывающими в эксплуатации более четырех нормативных сроков (7-8 лет). Новые машины не вводились в эксплуатацию с 1973 года. 
Вторая отрасль - химико-энергетическая - за два прошедших десятилетия успела построить и ввести в эксплуатацию четыре новых и реконструировать один действующий сланцехимический завод на базе самых прогрессивных термохимических технологий переработки эстонских горючих сланцев на масло и газ. 
Построена и сдана в эксплуатацию электростанция в районе Аувере - прототип для перспективного обновления устаревшей Эстонской электростанции.
3. Бесспорным, наконец, стало условие о приведении промышленного использования горючих сланцев Эстонского месторождения в соответствие с требованиями природопользования Евросоюза. Пока удается сложившиеся за многие десятилетия экологические проблемы на землях нашего региона в какой-то мере компенсировать с помощью многомиллионных затрат. Однако многие из этих проблем уже перешли в стадию необратимых.
Так, районы Куртна-Вазавере, поселка Козе, Пухатуских болот, юго-восточной части региона (всего - 529 кв. км) и центральная часть уезда, или поселок Сомпа и город Йыхви (192 кв. км), то есть территория в 721 кв. км принимают 432,6 млн. кубометров сезонных вод, пополняя массу грунтовых вод, и большую часть этого природного дара сбрасывают по дренажным канавам в Финский залив, истощая питьевые воды на глубине Кембрийского горизонта и загрязняя море.
4. Нет системы постоянно действующего мониторинга недр, водоносных горизонтов, складированных отходов сланцевых производств, рекультивированных земель в границах Эстонского месторождения и санитарных защитных зон промышленных площадок и заселенных земель Северо-Востока. Для анализа состояния природной среды, деформированной промышленной деятельностью в течение многих десятилетий, необходим непрерывный мониторинг, в крайнем случае сезонный, но никак не ограничивающийся замерами раз в год.

Два неотложных решения
Разумеется, в предстоящем десятилетии, независимо от вариаций рыночных и политических факторов в Эстонии и в Европе, надо выполнить масштабную программу восстановления окружающей среды с опорой на реальные представления о ее фактическом состоянии. В том числе с применением аэрозондирования земель и недр Ида-Вирумаа. Более поздняя программа может опоздать. И даже в этой довольно напряженной ситуации с двумя мерами, как представляется, необходимо поспешить особенно.
Во-первых, следует дифференцированно исследовать предстоящую ситуацию с доработкой и заводнением по окончании работы поля шахты «Эстония», которое уже граничит с затопленным полем шахты «Ахтме» (суммарная площадь - 237 кв. км). Масса водяного столба на такой площади после остановки насосов «Эстонии» может стать угрозой для соседних с ее полем затопленных шахт и земель, вплоть до Чудского озера.
Во-вторых, относительно упомянутого выше постоянно действующего мониторинга отработанных и заводненных полей сланцевых шахт и карьеров: проект такого мероприятия довольно сложен, с инженерной точки зрения; он должен быть привязан к площади не менее тысячи квадратных километров. Все это потребует значительных средств и подготовки профессионального персонала.
Однако, не реализовав такого проекта, строить нормальную перспективу развития Северо-Востока Эстонии крайне трудно, а может, и невозможно.

Яков Фрайман, 
горный инженер,
кандидат технических наук
Фото Алексея Старкова
Инфопресс №37 (2018 г.)

Возврат к списку